«Я когда приехал, то понял, что оборудования вообще нет. Вопрос точно не в деньгах, они же платят 200 млн за игрока.
В клубе вообще было пусто: не было даже возможности сделать УЗИ. Какие-то старые аппараты… Мы даже не могли сделать анализы по договору с какой-либо клиникой, а для МРТ прошли долгий процесс с бюрократией.
Я попросил несколько устройств, но мне сказали, что это неправильно, ведь я уйду, а они останутся ненужными… Медицина им не нужна. При этом требовали от игроков восстанавливаться быстрее.
Как-то раз игрок получил травму лодыжки. Я не смог сделать УЗИ или МРТ, так как в пятницу они не работали. Я знать не знал, когда он восстановится, а руководство на меня давило, так как это был важный игрок. В итоге я устал от давления и разрешил ему выйти, а он получил новую травму… 200 млн могут заплатить, а УЗИ делать не хотят», – высказался доктор для Relevo.
В клубе вообще было пусто: не было даже возможности сделать УЗИ. Какие-то старые аппараты… Мы даже не могли сделать анализы по договору с какой-либо клиникой, а для МРТ прошли долгий процесс с бюрократией.
Я попросил несколько устройств, но мне сказали, что это неправильно, ведь я уйду, а они останутся ненужными… Медицина им не нужна. При этом требовали от игроков восстанавливаться быстрее.
Как-то раз игрок получил травму лодыжки. Я не смог сделать УЗИ или МРТ, так как в пятницу они не работали. Я знать не знал, когда он восстановится, а руководство на меня давило, так как это был важный игрок. В итоге я устал от давления и разрешил ему выйти, а он получил новую травму… 200 млн могут заплатить, а УЗИ делать не хотят», – высказался доктор для Relevo.
